Рыжков В. А. (cts3402) wrote,
Рыжков В. А.
cts3402

Category:

Краткое обозрение основных расовых кранотипов мира

Отвлечемся на кранотипию соседей Евразии, т.е. на все основные антротипы остального мира. В этом нам помогут известные коллекции черепов Хауэллса (будем обозначать их звездочкой *) и Ханихары, а для антротипов Русской равнины начала 20-го века – меры по В.П.Алексееву и Т.И.Алексеевой. Для удобства сравнения все кранотипы приводятся в едином, 34-х маркерном, формате, поддерживаемом набором мер в коллекции Хауэллса.

К сожалению, ни Хауэллс, ни Ханихара мер нижней челюсти не использовали, тогда как включение комплекса маркеров нижней челюсти нередко заметно меняет масштаб расстояний Махалонобиса между расами, субрасами и отдельными популяциями. Например, без комплекса нижней челюсти 32-х маркерные кранотипы (без FRC/R и F/R) средневековых нордиков Осло* и древнееврейский сближаются до 0.79, а добавление в рассмотрение 6-ти маркерного комплекса нижней челюсти (которая у нордиков массивна, а у древних евреев субтильна) и некоторых других – до 40-маркерного (по типу «стандарта» для Русской равнины и Евразии, без без FRC/R = М29/R и F/R) отдаляет нордиков от этих евреев к пределам единой расы/субрасы – 1.76, если не за пределы.

Этот пример лишний раз показывает, что наиболее ДОСТОВЕРНОЕ сравнение возможно лишь при использовании в кранотипе максимально возможного числа РАСОВЫХ маркеров. В этом смысле, впереди у расовой кранотипии расширение за счет указателей швов по Козинцеву, которые в большей части выглядят расовыми маркерами. А пока, за неимением лучшего сравним хотя бы то, что есть – кранотипы без комплексов нижней челюсти и черепных швов.



Начнем с наших самых дальних предполагаемых предков – гипотетических исходных («настоящих») неандерталоидов и санидов.

NeP – гипотетический «настоящий» (Proper) неандерталоидный, рассчитан мной по маргинальным (крайним) мерам «классических» неандертальцев. По маркерам развития лобных долей и относительной массивности лица (по сравнению с мозговой коробкой) «настоящие» неандерталоиды – самые архаичные: М29/R = 67.4 и F/R = 73, соответственно. «Классические» неандертальцы (около 70 тлн) лишь чуть более продвинутые в этих маркерах: 69.2 и 72.6, соответственно. Они тоже больше кушали в голову, чем думали ей.

SaP - гипотетический «настоящий» (Proper) санидный, рассчитан по маргинальным значениям маркеров у бушменов*/Сан* (коллекция Хауэллса). По маркерам развития лобных долей и относительной массивности лица (по сравнению с мозговой коробкой) «настоящие» саниды – самые продвинутые: 81 и 58, соответственно. Потенциально, они должны были больше думать головой, чем кушать в неё.



Расовые маркеры «настоящих» неандерталоидов и санидов, как правило, являются маргинальными (крайними) для человеческих популяций прошлого и настоящего, т.е. выглядят дальними предковыми для всех человеческих популяций. В этом смысле интересен кранотип синтетического гибрида «настоящих» неандерталоидов и санидов:

NpSp – синтетический гибрид «настоящих» неандерталоидов и санидов в равных пропорциях, т.е. среднее этих кранотипов. Этот гибрид ближе всего к пигмеям (1.32) и негроидам (1.35), 34-х маркерные кранотипы которых действительно могут быть представлены с неплохой точностью амальгамой (сплавлением) примерно равных пропорций исходных неандерталоидов и санидов. Бушменский кранотип также неплохо(±16.6%) представляется через амальгаму кранотипов неандерталоидов и санидов, но доля санидов в кранотипе бушменов составляет около двух третей (64%), т.е. определяющая, а потому бушменский смещен от «гибридного» сильнее, чем негроидный и пигмейский.

Если бы не было случайных и направленных дрейфов кранотипов/антротипов на единичных носителях, то на векторном графе взаимных расстояний Махалонобиса все современные расы/популяции располагались примерно (в пределах погрешности) около линии, соединяющей кранотипы двух исходных предков, т.е. предположительно исходных неандерталоидов и санидов, т.е. суммы расстояний от кранотипов этих рас/популяций до неандерталоидов и санидов были бы примерно расстоянию между санидами и неандерталоидами. В реальности же, древо человечества ветвилось на единичных носителях, а потому, как будет показано позже, случайные дрейфы кранотипов/антротипов были неизбежны, тем более, что кроме случайного фактора немаловажным был фактор направленного отбора (что также будет показано позже).

Таким образом, превышение суммы расстояний от кранотипа расы/популяции до санидов и неандерталоидов (+Δ,%) характеризует величину дрейфа от исходных предковых кранотипов. Для последующих после негроидов в человеческом древе популяций расхождение представления амальгамами кранотипов неандерталоидов и санидов монотонно растет, указывая на направленные и случайные дрейфы антротипов на единичных носителях.

Общая картина выглядит таким образом, что после «Выхода из Африки» могла произойти гибридизация между «санидами» и «неандерталоидами», а в дальнейшем развитие человеческих антротипов шло за счет направленных и случайных дрейфов на единичных (1-5 мужчин и чуть больше женщин в палеолитическом / мезолитическом клане) носителях антротипов. При этом, на всех континентах сформировались два генерализованных антиподных антротипа, «горно-лесной» (нео-тип) и «равнинно-побережный» (палео-тип), которые начали смешиваться не ранее конца мезолита-начала неолита, что постепенно и привело к существующим ныне расовым антротипам.

Анализов «спектров» расовых маркеров у популяций Сан*, Зулу*, Тейта* и Догон*, а также всех остальных неафриканских популяций коллекции Хауэллса, показывает, что ближайшие предки этих популяций имели антротипы, значительно отличающиеся от исходных неандерталоидного и санидного, а во многих случаях точнее будет сказать, что кранотипы/антротипы этих предков были почти «ортогональны» санидному и неандерталоидному, причем, буквальность «ортогональности» визуализируется на векторном графе расположения антротипов популяций и их антиподных предков: на векторном графе взаимных расстояний линии, соединяющие эти пары предковых антротипов пересекаются под довольно большим углом, а не совпадают, что, собственно, и указывает на очень сильный дрейф в самом начале ответвления неафриканских рас.

Поскольку антротипы предков рас антиподны и их разделяют расстояния порядка 8-9 расовых единиц, то расстояния от предковых антротипов рас до антротипов получившихся рас составляют 4-4.5 расовых единиц, что, как мы видим из второй таблицы, далеко за пределами одной расы (не далее 1.5-1.7 для диаметрально противоположных популяций одной расы). Поэтому не приходится говорить о зарождении существующих ныне рас до времен смешивания двух антиподных предковых антротипов, т.е. до времен раннего неолита-позднего мезолита.

Таким образом, существующие ныне расы – это относительно недавний результат смешивания двух антиподных антротипов (условно) палео- (равнинно-прибрежного) и нео- (горно-лесного) типов, которые в свою очередь выглядят результатом случайных и направленных дрейфов от носителей гибридизированных антротипов неандерталоидов и санидов.

NeC – «классические» неандертальцы времен около 70 тлн.
Их кранотип с оценкой около «хорошо» выглядит как амальгама исходных неандерталоидов (84.5±11.2%) и санидов (15.5%), что, возможно, указывает на момент начала гибридизации как не позднее 70 тлн, т.е. около взрыва супер-вулкана Тоба.

Классические неандертальцы – количественные «настоящие» неандерталоиды, но из-за антиподности санидной добавки их кранотип оказывается на границе неандерталоидной расы (1.67). Для «классических» неандертальцев сближения второго порядка – с папуасоидами (3.23) и синтетическим гибридом санидов и неандерталоидов (3.42), и несколько дальше от австралоидов (3.59) и левантоидов (3.67).

«Классические» неандертальцы дальше всех от гипотетических исходных санидов (7.88), бушменов (5.21) и эскимосов (5.09). Эскимосы являются маргинальными бореалами, что ставит под сомнение бореальность «классических» неандертальцев, большая часть маркеров у кранотипа которых явно экваториально-тропического происхождения (nlb/zyb, dkb/zyb, wnb/zyb, fmb/zyb, ekb/zyb, zmb/zyb, mab/zyb, sss/bnl).

Bushmen – бушмены ака Сан* (по мерам Хауэллса).
Хотя бушменов по выражению амальгамы можно неплохо представить через определяющую (около двух третей) долю «настоящих» санидов (64±16.6%) и треть антротипа неандерталоидов (36%), на самом деле, наиболее вероятные ближайшие предки этого бушменского кранотипа далеки от санидов и неандерталоидов – как и предки Зулу*, Тейта* и Догон*. Бушмены ближе всего к пигмеям Центральной Африки (1.59) и формально, по расстоянию, их можно отнести к противоположным краям общей бушмено-пигмейской расы. Сближение бушменов с негроидами (1.92) – второго порядка и уже за пределами общей расы.

Среди современных антротипов, дальше всех от антротипа бушменов находятся обобщенные антротипы «исходных восточно-европейцев ИВЕ» (3.51), америндов (3.56) и эскимосов Аляски и Гренландии (3.88). Хотя бушменский антротип и выглядит наиболее отдаленным от всех остальных 16-ти рассматриваемых современных (3.01±0.59), тем не менее его нельзя назвать архаическим в силу максимальной выраженности развития лобных долей (FRC/R= 76.4) и минимальной массивности лицевой части относительно мозговой (F/R=61.3), т.е., потенциально, бушмены должны больше думать головой, а не кушать ей. Но что-то пошло не так и бушмены остались там, где были в самом начале своего пути.

Pygmy – пигмеи Центральной Африки (по мерам Хауэллса и Ханихары). Их антротип ближе всего к негроидному (1.23) и синтетическому гибридному (1.32) от санидов и неандерталоидов, причем, оба сближенца могут рассматриваться как субрасы «большой пигмейской расы», если бы таковая рассматривалась. С бушменским антротипом наблюдается сближение второго прядка (1.59). Дальше всех от антротипа пигмеев находятся обобщенные антротипы эскимосов (3.47), америндов (2.92), лаппов (2.92) и ИВЕ (2.91).

Negroids – среднее от 10-ти схожих кранотипов африканских негров Центральной и Западной Африки, включая (по мере отдаления от этого обобщенного негроидного) негров: Берега Слоновой Кости (0.44), Догон* Мали (0.59), Ганы (0.61), Ашанти Нигерии (0.68), Габона (0.68), Гвинеи (0.69), Малави (0.71), Камеруна (0.72), Ибо Нигерии (0.90) и Конго (0.90).
Южноафриканские Хоса (0.50) и Зулу* (0.70) также относятся к негрскому антротипу, хотя их кранотипы и не включались в расчет обобщенного негрского.

Несмотря на неплохую точность представления через амальгаму неандерталоидов (51±15.5%) и санидов (49%), наиболее вероятные ближайшие антиподные предки негроидных популяций Зулу*, Тейта* и Догон* - это уже продукты многочисленных дрейфов (на единичных носителях) от санидного и неандерталоидного. Негроиды ближе всего к пигмеям (1.23) и с точки зрения краниометрии/кранотипии могут рассматриваться как маргинальная субраса пигмеев.

Дальше всех от негрского антротипа находятся обобщенные антротипы эскимосов (3.11), ИВЕ (2.69) и «настоящих» (бореальных) монголоидов (2.55).

Papuasoids – меланезоиды папуасоидного типа, среднее схожих кранотипов 6-ти популяций, включая папуасов: Новой Ирландии (0.37), двух популяций Западной Папуа и Новой Гвинеи (0.53 и 0.68), восточного Сепика (0.58), западного Сепика (0.61) и Маданга ПНГ (0.74). Аборигены Фиджи также ближе всего к папуасоидному типу (0.68), хотя их обычно неправомерно относят к полинезоидам - 1.78 до обобщенного полинезоидного, т.е. за пределами расы.

Папуасоидный ближе всего к австралоидному (0.96) и отличается от него меньшей уплощенностью и широкоскулостью лицевого скелета, и менее выраженной прогнантностью. По данным В.П Алексеева для длин орбит M51 и M51a можно также указать на важное различие между папуасоидами и австралоидами в части маркера «скошенности орбит» δ51a =100*(М51-М51а)/М51: у австралоидов этот маркер на уровне максимальных значений, характерных для некоторых предковых выборок Евразии – 12, а у папуасов - примерно вдвое меньше.

Сближения папуасоидов второго порядка – с индоведдоидами (1.41) и левантоидами (1.59), которых можно было бы считать маргинальными папуасоидами, если бы не значительные (общие для индоведдоидов и левантоидов) различия в скуластости, относительных ширинах лба, межушной и среднелицевой, а также из-за прогнантности папуасоидов на фоне ортогнантных левантоидов и индоведдоидов.

Точность представления папуасоидного антротипа через амальгаму неандерталоидов (59±18.5%) и санидов неплохая (±18.5%), более того, как мы видели выше, антротип классических неандертальцев после «настоящего» неандерталоидного ближе всего к папуасоидному (хотя и далеко за формальными пределами общей расы). Однако, кранотипы наиболее вероятных ближайших антиподных предков австралоидных популяций (толаи*, австралийцы Сванпорта*, тасманцы*) далеки от неандерталоидного и санидного. Скорее всего, это распространяется и на предков папуасоидов, ближайших предков которых пока выявить невозможно из-за отсутствия описаний индивидуальных черепов папуасских популяций.
Дальше всех от папуасоидного антротипа находятся бушменский (2.95) и обобщенные эскимоский (2.83) и бореально-монголоидный (2.64).

Australoids – меланезоиды австралоидного типа, среднее схожих кранотипов 14-ти популяций, включая меланезоидов: Новой Британии (0.57), Соломоновых островов (0.65), Новых Гебрид (0.66), Мюррэя Австралии (0.66), Нового Южного Уэльса Австралии (0.69), пролива Торреса (0.70), толаев* Новой Британии (0.74), Квинслэнда Австралии (0.74), Западной Австралии (0.81), Сванпорта* Австралии (0.82), Восточных островов Папуа и Новой Гвинеи (0.91), юга Австралии (0.96), тасманцев* (0.98) и новокаледонцев (1.18).

Как уже было отмечено выше, австралоиды ближе всего к папуасоидам (0.96), с которыми они, видимо, образуют большую меланезоидную расу. Сближение второго порядка у австралоидов – с полинезоидами (1.33), одно из основных различий с которыми – в сильной прогнантности австралоидов на фоне ортогнантных полинезоидов. Формально, по взаимному расстоянию, полинезоидов вполне можно было бы поместить в одну общую расу с австралоидами, но, кроме прогнантности, наблюдаются ещё значительные различия в относительных фронтальномалярной, верхнечелюстной и ушной ширинах.
Обобщенный австралоидный антротип наиболее отдален от бушменского (2.94) и ИВЕ (2.61).

CroMagnon – «кроманьоиды» или «палеоевропеоиды» по аггрегату черепов верхнепалеолитической Европы 30-20 тлн. Антротип европейских «кроманьоидов» ближе всего к индоведдоидному (1.42) и лишь чуть дальше от папуасоидного, австралоидного и «исходного западноевропеоидного» (1.54-1.56).

Назвать этих «кроманьонцев» европеоидами в современном смысле нельзя из-за ярко выраженной (неандерталоидной) прогнантности, которая в среднем даже выше, чем у обобщенного негроидного, а также из-за сильно развитого (как у неандерталоидов же) надбровья - 5.5 против 2-3 у современных европейцев. В силу того, что индоведдоиды и «западноевропеоиды» ортогнантны и имеют неярко выраженное надбровье, то палеолитических европейских «кроманьоидов» в большей степени следует сближать с папуасоидами и австралоидами, у которых эти черты практически совпадают с «кроманьонскими». Никаких особых возражений к превалированию клана С+ у этих «палеоевропеоидов» пока нет, тем более, что один из его реальных носителей в лице папуасоида Костенки 14 входит в аггрегат этих верхнепалеолитических черепов.

Из современных антротипов, кранотип этих «палеоевропеоидов» наиболее удален от антротипов бушменов (3.04) и эскимосов (2.55). Последнее отдаление удаляет его из числа явных бореалов. Кранотип этих «палеоевропеоидов», наряду с негроидным и индоведдоидным, максимально равноудален от кранотипов остальных 16-ти рассматриваемых современных антротипов, что выражается минимальными дисперсиями от усредненных расстояний: ±0.47 для негроидов, ±0.43 для индоведдоидного и ±0.44 для «кроманьоидного». Это означает максимальную невыраженность расового антротипа этих трех антротипов относительно остальных 16 ти. При опускании из рассмотрения явно наиболее древних антротипов бушменов и пигмеев, в номинации «ни рыба, ни мясо» с «кроманьоидами» (±0.32) и индоведдоидами (±0.38) могут поспорить и лаппы (±0.38).

С точки зрения как дисперсии, так и максимальных усредненных расстояний до остальных 14 ти расовых антротипов (кроме бушменского и пигмейского), максимально выраженными расовыми антротипами являются эскимоидный 2.32±0.64 и исходно-восточно-европейский (ИВЕ) 2.33±0.62.

Mongoloids1 – «палеомонголоиды», антротип которых определен как среднее схожих кранотипов 11 ти восточно-азиатских популяций, включая: аборигенов Тибета (0.43), южных японцев* (0.44), малазийцев (0.45), хайнаньцев* (0.52), филиппинцев* (0.56), Сикким (0.58), северных японцев* (0.60), яванцев (0.63), токийцев (0.69), японцев Тохоку (0.76) и атайал* Тайваня (0.79).

К этому типу также относятся популяции, кранотипы которых не были включены в расчет обобщенного «палеомонголоидного»: Ассама (0.44), Баттак Суматры (0.45) и Серам/Буру Молуки (0.69). Кроме того, таиландцы (0.44), северные ханьцы* (0.65) и две популяции даяков Борнео (0.79 и 0.84) в той же мере могут быть отнесены и к «синоидам» (см. дальше), существенно отличающимся от «палеомонголоидов» лишь большей уплощенностью симотического отдела и максимально приближенных именно к «палеомонголоидам» (0.56). Формально «синоиды» - это разновидность «палеомонголоидов» с единственным основным отличием в виде значительно большей уплощенности симотического отдела.

Как видим, «палеомонголоидность» присуща популяциям монголоидов с большой долей кланов D/C: аборигены Тибета, тибетские же Сикким и Ассам, все японские, за явными исключениями в лице филиппинцев и толаев (около 100% клана О).

Сближение второго порядка у «палеомонголоидов» наблюдается не с бореальными монголоидами, а с полинезоидами, среди которых также превалируют кланы D (айны) и С (Гуам, о-ва Кука, о.Пасха, Гавайские о-ва, маори, Самоа).

По минимальному усредненному расстоянию до остальных 16-ти и 14-ти (без бушмен и пигмеев) расовых антротипов, палеомонголоидный (1.73 и 1.61) наряду с явно производным от него полинезоидным (1.74 и 1.58) выглядит наиболее близким к центроиду всех 17-ти и 15-ти рассматриваемых расовых антротипов современных популяций. Из современных антротипов, дальше всех от палеомонголоидного находятся бушменский (2.77) и ИВЕ (2.59).

Mongoloids2 – «синоиды», антротип которых определен как среднее схожих кранотипов 11-ти восточно-азиатских популяций, включая: таиландцев Бангкока (0.38), южных ханьцев* (0.39), древних китайцев Аньянга* (0.51), сингапурцев (0.54), лаосцев (0.59), северных ханьцев* (0.60), корейцев (0.74), вьетнамцев Ханоя и ХоШиМина (0.79), японцев эпохи Яёй (0.81), негрито Филиппин (0.84), даяков Борнео (0.75) и морских даяков Борнео (0.88). Негрито Филиппин ничего общего с негрито Андаманских островов (сближающихся с индоведдоидами) не имеют и по расовой кранотипии ближе всего к «синоидам».

«Синоиды» ближе всех к палеомонголоидам (0.56). Сближение второго порядка у «синоидов» наблюдается с «настоящими» монголоидами (1.12). Дальше всех от синоидного антротипа находятся бушменский (2.87) и ИВЕ (2.88).

Mongoloids3 - бореальные монголоиды («настоящие», Proper), антротип которых определен как среднее схожих кранотипов 3-х популяций: монголов Урги (0.47), людей энеолита Забайкалья (0.54) и бурят* (0.67). К «настоящим» монголоидам также относятся халха-монголы, калмыки, бурятские антротипы и золотордынцы 13-14 вв западного Казахстана (Мокринский могильник).

Бореально-монголоидный антротип ближе всего к «синоидному» (1.12), а сближения второго порядка у него – с «палеомонголоидным» (1.22) и эскимоидным (1.24). Дальше всех от бореально-монголоидного антротипа находятся бушменский (3.34), пигмейский (2.98) и ИВЕ (2.93).

Как видим, все три основных монголоидных антротипа наиболее далеки от бушменского, с которым очень часто пытаются сближать монголоидов из-за общего уплощения лицевого скелета, но совершенно не беря в расчет другие расовые маркеры, которые намного перевешивают вклад уплощенности.

Polynesoids – полинезоиды, обобщенный антротип которых определен как среднее схожих кранотипов 11-ти полинезийских популяций, включая: древних жителей Уахуки в арх.Маркизских о-вов около 4 тлн (0.48), гавайцев Мокапу* (0.49) и Оаху (0.68), новозеландских маори* (0.72), о-ва Кука (0.76), о.Пасхи* (0.77), Таити (0.80), Гуам* (0.90), айну Хоккайдо* (0.94), Самоа (1.00) и мориори* (1.18).
Обычно (например, Ханихара) к полинезоидам относят также никобарцев и андаманцев (кланы D/C), но по расовой кранотипии никобарцы ближе всего к обобщенному негроидному (1.18), а не к полинезоидному (1.95), а андаманцы к – индоведдоидному (0.99) против 1.76 до полинезоидного.

Айну* Хоккайдо ближе всего именно к обобщенному полинезоидному (0.94) и лишь чуть дальше от палеомонголоидного (1.02), и ещё дальше от северо-японского* Хоккайдо (1.22). Ещё более далеки айну от австралоидного (1.44), и однозначно за пределами обобщенной расы от антротипа неолитического Дзёмон (1.70), с которым обычно практически отождествляют антротип айну.

Кранотип людей Дзёмон намного ближе к кранотипу ранних (15-6 тлн) вьетнамцев (1.34), которые, в свою очередь, по кранотипии располагаются дальше от современных вьетнамцев (1.41), но ближе к жителям Марианских островов (1.04), которые также сближаются с Дзёмон (1.40). Ранние вьетнамцы и марианцы формально не относятся ни к одной из рассматриваемых рас/субрас, хотя из этих рас они ближе всего именно к полинезоидам – 1.73 и 1.51, соответственно. Марианцы в такой же мере сближаются с америндами (1.55). В целом, сближение с Дзёмон не характерно для полинезоидных популяций, расстояние от Дзёмон до обобщенного полинезоидного велико – 1.95.

Главная особенность обобщенного антротипа полинезоидов – это максимальная сближенность с обобщенным америндским и наоборот (0.75).

Эти два антротипа существенно различаются лишь в одном маркере – скуластости (zyb/R = M45/R): америнды в среднем намного скуластее полинезоидов (92 против 89.3). Из полинезийских популяций ближе всего к обобщенному америндскому сравнимые с ним именно по скуластости новозеландские маори (0.99) и самоанцы (0.95), в Y-хромосомных ветвях которых доминируют кланы С.
Из современных рас/субрас, дальше всех от обобщенного полинезоидного антротипа находятся бушменский (3.16), пигмейский (2.56) и ИВЕ (2.49)

Amerinds – америнды, обобщенный антротип которых определен как среднее схожих кранотипов 21 ой популяции америндов обеих Америк, включая индейцев: ирокезов Онтарио (0.49), Чили (0.52), Яуё* Перу (0.60), Перу (0.62), Мэрилэнда (0.71), две популяции Калифорнии (по 0.71), Нью-Йорка (0.71), Виргинии (0.73), тлингитов Аляски (0.74), Кентуки (0.76), Иллинойса (0.77), апачей (?) Аризоны (0.78), хайды канадской Британской Колумбии (0.79), Флориды (0.83), Мексики (0.83), Нью-Мексико (0.84), Техаса (0.84),Арикары* (0.86), Санта Круза (0.90) и Пеко Пуэбло (0.96).

К этому же обобщенному америндскому относятся и слабее представленные черепами индейцы Монтаны (0.80), Небраски (0.91) и Орегона (1.00). Заметно расходятся с обобщенным америндским лишь кранотипы аборигенов Аляски (1.17), Юты (1.38) и Южной Дакоты (1.39).

Совершенно иной антротип у большеногих (pata-gon) и высокорослых патагонцев, расстояние до которых от обобщенного америндского составляет 3.23, т.е. далеко за пределами одной расы и лишь около 6-7% общего сходства на шкале, на которой на расстоянии 3.46 сходство принимается равным нулю. Кранотип патагонцев сильно смещен к гипотетическому «неоевропеоидному», который по коротким кранотипам мной приписывался исходным кланам R R1+, R2+ и Q  Q1+. Таким образом, особенность антротипа патагонцев может заключаться в большей сохранности исходного антротипа пришельцев второй волны – кланов Q1a3+. У индейцев Юты кранотип также сушественно смещен от обобщенного америндского к «неоевропеоидному».

Как отмечено выше, максимальное сближение америндского наблюдается с обобщенным полинезоидным (0.75), тогда как сближение второго порядка – с палеомонголоидным (1.34), т.е. также как и у полинезоидного. Как и для полинезоидного, из современных рас/субрас, дальше всех от обобщенного америндского антротипа находятся бушменский (3.56), пигмейский (2.92) и ИВЕ (2.64). Таким образом, можно предположить, по-крайней мере, частично общее происхождение америндского и полинезоидного антротипов.

Наиболее древний в обеих Америках, палеобразильский антротип Лагоа Санта (16?-14 тлн) далек как от обобщенного америндского (2.23), так и от антротипов отдельных популяций современных и архаических америндов (около 2-2.5), но опять же ближе всего в палеомонголоидному (1.71), хотя далек от полинезоидного (2.02), негроидного (2.26), бушменского (2.31) и ещё дальше от папуасоидного (2.60). Судя по предварительному анализу, антротип Лагоа Санты входит в америндские антротипы лишь минорными частями (10-15%).

Современный америндский антротип начал складываться в Южной и Мезо- Америке лишь к моменту перехода от палео- к архаическим временам, т.е. около 8-6 тлн. Например, палеоколумбийский (10-6 тлн) только начинает приближаться к обобщенному америндскому (1.62), а антротип южноамериканцев архаики (~6 тлн) уже вплотную сближается с обобщенным америндским до 0.80, а с аборигенным флоридским – даже до 0.52 (т.е. в пределах погрешности). При этом расстояние с полинезоидным сокращается до 1.27 – против 1.74 между палеоколумбийским и полинезоидным.

Можно ли предположить миграции полинезоидов в Америку в период от 6 тлн до исторических времен, если мы видели выше, что около 4 тлн на Маркизском архипелаге уже сложился типичный полинезоидный антротип?


Eskimoids – эскимоиды, среднее 6-ти схожих кранотипов эскимосов Гренландии и Аляски, включая популяцию эскимосов Гренландии из коллекции Хауэллса. С ортогнантными эскимоидами максимально сближаются почти ортогнантные же чукчи (0.77), которых обычно считают «возвращенцами» из Америки, но не прогнантные алеуты (1.47).

Среди современных рас, наибольшее сближение эскимоидов наблюдается с бореально-монголоидным (1.24) и лишь второго порядка - с полинезоидным (1.53) и обобщенным америндским (1.60). Обычно эскимосов относят к полинезоидной расе, но по расовой кранотипии эскимосов резоннее относить к бореально-монголоидной субрасе.

Основные отличия эскимоидов от бореальных монголоидов заключаются в (дальнейшем) бореальном сужении относительных ширин: носовой впадины, межорбитальной (дакриальной), симотической, лобной и ушной, при попутном усилении профилировки дакриального (NDA) и симотического (SIA) отделов лицевых костей у эскимоидов.

Наибольшее отдаление эскимоидного антротипа от экваториально-тропических бушменского, пигмейского, негрского, папуасского и индоведдоидного вызвано сильными направленными бореальными дрейфами в целом ряде маркеров у эскимосов. Как было отмечено выше, эскимоидная раса наряду с бушменской и «исходно-восточно-европейской» («прарусской») выглядит наиболее выраженной расой, т.е.
эскимоиды - это квинтэссенция бореально-монголоидной субрасы.
Причем, на векторном графе взаимных расстояний между расами/субрасами положение эскимоидного кранотипа ещё дальше смещено от бореально-монголоидного в едином направлении от палеомонголоидного примерно по направлению от бушменского к палеомонголоидному.

IndoVeddoids – индоведдоиды, обобщенный антротип которых определен как среднее схожих кранотипов 7-ми индийских популяций веддоидного типа, включая: бенгальцев (0.21), мадрасцев (0.31), бихарцев (0.44), северо-западных индийцев (0.50), непальцев (0.53), бангладешцев (0.58) и собственно цейлонской Ведды (0.68). К индоведдоидному относятся также антротипы афганцев (0.87), бирманцев (0.95) и андаманцев* (0.99). Причем, бирманцы в той же мере сближаются и с палеомонголоидным (1.01), что отмечает их географическое расположение между Индией и Китаем, которые уже вступили в первую фазу войны за контроль над Бирмой.

Предполагаемо наиболее близкий к арийскому, пенджабский антротип более вероятно идентифицируется как индоведдоидный вариант обобщенного левантоидного (0.68) или древнееврейского (0.74), но заметно дальше от индоведдоидного (0.83). Близкий расклад свойственен кранотипу калькутцев: 0.84 – до левантоидного, 0.92 – до древнееврейского и 0.95 – до индоведдоидного.

Среди современных рас, обобщенный индоведдоидный ближе всего к левантоидному (1.29) и чуть дальше от палеомонголоидного (1.40), папуасоидного (1.41) и «исходно-западно-европеоидного» (1.45). Очевидно, что между индоведдоидным и левантоидным антротипами был несколько более интенсивный обмен (см. часть о древнеегипетских антротипах), чем с папуасоидным, палеомонголоидным и ИЗЕ. Наибольшая отдаленность индоведдоидов наблюдается от бушменов (2.62) и эскимосов (2.70).

Levantoids – обобщенный левантоидный, определен как среднее схожих кранотипов 6-ти левантийских популяций разных времен, включая жителей Палестины 5-3 тлн (0.37), жителей в пределах Израиля бронзового и железного (0.39) веков, раннего (0.39) и современного (0.42) Ирака, и современной Сирии (0.68). К левантоидному антротипу более вероятно также относятся и антротипы древнеегипетского Гизеха 26-27-й династий (0.36) и 26-30-й династий (0.68).

Из сравниваемых рас/субрас, левантоидный ближе всего к ИЗЕ (1.03) и ИВЕ (1.12), что указывает на левантийские корни обеих исходных европейских субрас. На графе на основе треугольника трех основных расовых антротипов в лице негроидного, палеомонголоидного и ИВЕ (см. в посте о древнегипетских кранотипах), левантоидный антротип локализуется точнее, чем ИЗЕ, и в среднем ближе к ИВЕ, чем ИЗЕ к ИВЕ, что отражается и расстояниями Махалонобиса между этими антротипами. И левантоидный, и ИЗЕ заметно ближе ко всем остальным расам, чем ИВЕ, что предполагает бóльшие примеси этих остальных рас/субрас в левантоидном и ИЗЕ по сравнению с ИВЕ (ака «прарусским»).
Наибольшее отдаление левантоидного наблюдается от бушменского (3.42) и эскимосского (2.92).

Laponoids – лапоноидный по мерам лаппов Скандинавии (в основном, Норвегии) от раннесредневековых до современных (Ханихара и Хауэллс). Этот лапаноидный антротип близок к ближайшему палеопредку раннесредневековых нордиков Осло* (0.66 - без относительной ширины затылочной кости), определяему 5-ю маргинальными черепами этой выборки. Кранотип этих нордиков является одним из определяющих ИЗЕ антротип (см. далее), по этой причине лапоноидный антротип максимально сближается именно с ИЗЕ (1.04), а сближения второго порядка наблюдаются с полинезоидным (1.46), америндским (1.50) и палеомонголоидным (1.65).

От исходно-восточно-европейского (ака «прарусского») лапоноидный в 2 раза дальше (2.11), чем от исходно-западно-европейского (1.04), что рушит миф о большей «финно-угорскости» русских популяций – дело обстоит с точностью до наоборот.

OWE (Original West European) – «исходный западно-европейский» (ИЗЕ), определенный как среднее схожих кранотипов 8-ми европейских популяций, включая раннесредневековых нордиков Осло* (0.44), пост-славян Залавара* (0.45) и «австрийцев» Берга* (0.53), а также следующие кранотипы по мерам коллекции Ханихары: жителей Венгрии начала новой эры (0.25), галло-романцев Франции (0.43) и современных югославов (0.61), болгар (0.52) и итальянцев (0.31).

К ИЗЕ антротипу также относится большое число других европейских антротипов, включая:
донских казаков начала 20-го века (0.28), анатолийский и кипрский греко-романских времен (оба - по 0.50), современные греческий (0.52) и австрийский (0.58), древнеиталийский (0.70), позднероманский юго-западной Англии (0.61), средневикторианского Лондона (0.61), чехов центральной Моравии (0.64), средневекового Стокгольма (0.68), средневекового Энсея Шотландии (0.77), Канарских островов (0.77), современных голландцев (0.77), средневековых восточных славян (15 популяций, 0.71) и многих других.

Особо стоит обратить внимание на близость ИЗЕ антротипа к лапаноидному (1.04) и в особенности к кранотипу современных финнов (0.42), причем, финский антротип сближается с большинством из вышеперечисленных европейских популяций ИЗЕ типа, но отдален от ИВЕ антротипа на 1.39, т.е. фактически по разные стороны единой европеоидной расы.

Кранотипы части европейских популяций выглядят как смеси ИЗЕ и ИВЕ с разной долей преобладания того или иного исходного антротипа.
Из современных рас, ИЗЕ антротип дальше всего от бушменского (3.22) и пигмейского (2.76).

OEE (Original East European) – «исходно-восточно-европейский» (ИВЕ) ака «прарусский» антротип, определен как среднее близких кранотипов русских начала 20 го века Ярославской, Тверской и Витебской/Смоленской губерний. К ним приближается и кранотип новгородцев начала 20-го века, хотя он и не включен в расчет ИВЕ.

Ярославский кранотип выглядит исходным для ИВЕ и, видимо, отражает постфатьяновскую, дофинноугорскую, стадию развития восточноевропейского (русского) антротипа. ИВЕ даже несколько ближе к левантоидам (1.12), чем к исходному западно-европейскому (1.28). Из ИВЕ антротипа происходят все остальные основные антротипы Русской равнины – в основном, за счет примешивания лаппских, финноугорских, сарматских, половецких и других примесей, что существенно приближает эти остальные антротипы Русской равнины к ИЗЕ антротипу и отдаляет их от левантоидного.

Напомним, что основной древне-восточнославянский антротип Русской равнины можно считать подтипом ИЗЕ, хотя его максимальное сближение, близкое к идентичности, наблюдается с волго-камским подтипом финно-угорского антротипа (по мокше, коми, латгаллам).

Как было отмечено выше, ИВЕ (наряду с эскимосским) является наиболее расово выраженным антротипом с максимальными усредненными расстояниями до остальных 16-ти и 14-ти современных расовых антротипов и максимальными дисперсиями: 2.44±0.66 (16) и 2.33±0.62 (14). В этом смысле, внутри большой «кавказоидной» расы, включающей также ИЗЕ и левантоидную, а также их гибриды совместно с ИВЕ, исходно-восточно-европейский («прарусский») антротип выглядит очевидным эталоном европеоидной расы.

Продолжение следует
Tags: антропология, кранотипия по стабильным маркерам, неандертальцы, парадоксы антропологии
Subscribe

  • Опытный царедворец Гумберт

    « Он был опытным царедворцем и, дружа с душными властителями страны, десятилетиями напролет насыщал родную страну - кислородом свободы…» Шендерович…

  • Черты характера СЛЭ

    Следуют из схемы его ТИМа (в моем представлении): У психотипа СЛЭ, как и у ИЛЭ, искра Божья, воспламеняющая (белологическое) творчество, - это…

  • Черты характера СЭЭ

    Следуют из схемы его ТИМа (в моем представлении): Информационный метаболизм СЭЭ инициируется мощным фонтаном бессознательных эмоций (ЧЭ в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments