July 28th, 2021

Совсем один

Осознание единственности, индивидуальности могло произойти уже в первом слое праязыка:

1) от одного из шести пракорней XXy, #4, с семой «эрекции (растущего дерева) = жизни»:
- hiji(суданск.); Yi (кит.); ёka (Marathi), eka (бангл.), yek (курдск.); ek (хинди), egy (венгерск.); jak (таджик.)

А далее из этого корня мог появиться привычный нам один = one (ван):

2) от XN, #26, «гонады, хан > one, viens (латв.), vienas (литов):
XXy «эрекция ветви» > XN
- ọkan (Yoruba); один = one (> unus, uno, aon, ein, …), hana (корейск.), anidi (амхара); onn (Malayalam); waħda (мальт.); оkaṭi (телугу); otu (Igbo); iti (jap.); ondu (Kannada); H̄nụ̀ng (тайск.)

В протокойсанском (в самом первом известном ответвлении У-хромосомы), тем не менее, единственность выражается первочленом, вырастающим, вероятнее всего, из пракорня "еды":
Collapse )

Надвое

Лишний раз отмечу, что для некоторых примитивных народов современности числительное «два» оказалось пределом исчисления – например, для негрито Андаманских островов, у которых после два идёт «много», которое невозможно сосчитать даже несмотря на наличие пяти пальцев на одной руке и ещё пяти - на другой.
Самое раннее происхождение корня и семы «раздваивания» могло произойти уже во втором слое праязыка, слое интродукции согласной R, - корень #8 XyR с исходной семой «расщеплять надвое кремень, в т.ч. высекая огонь». Исходник для этого корня, пракорень #3 XyX с прасемой «отломить (отделить) ветвь для огня», тоже несёт нагрузку семы раздвоения, отделения, но употребление его в качестве «двойки» в каком-либо языке я пока не нашёл. Разве, что в некоторых тюркских, например, iki (азерб.), eki (казах., киргиз.) можно отнести на происхождение от XyX, а не от YKy < YXw («рогуля»).

1) примеры «два, 2» от #8 XyR:
- yerkusy (армен.), Èr (китайск.), erradu (Kannada), irantu(тамил.), rendu (телугу), khoyor (монг.)

2) от XwL, #33, «угол (ветки, реки)» от #2, XwXy «еда» или #5, XwX «вода» > XwR «корень» > XwL
- huleti (амхара)

Collapse )